Дизайн начинается не со стиля, а с функции

Дизайнер интерьеров Евгения Гурина много лет работала без рекламы — клиенты передавали её «из рук в руки», по рекомендации. Она рассказала Реалэстейт.ru с чего на самом деле начинается дизайн — не со стиля, а с того, как вы будете жить в этом пространстве.

В мире кукольного искусства Евгению Гурину знают как «мать странников» — автора фигур в духе готического гранжа, их часто сравнивают с эстетикой Тима Бёртона (сама она от таких сравнений открещивается — говорит, что на чужие референсы не смотрит). В интерьерах та же рука работает по обратному принципу: любой театральный жест должен решать какую-то прикладную задачу.

Стена-зигзаг и вентиляция под аркой

Один из самых сложных объектов в практике Гуриной — двухэтажная квартира в Петербурге, где нужно было разделить перегородкой две детские.

«Стена получилась странная, типичная питерская стена прямоугольным зигзагом с двумя выемками в которых разместились встроенные шкафы — в итоге у каждого ребёнка стало по два собственных шкафа, а линия внутри помещении при этом осталась прямой», — рассказывает декоратор.

Вторая задача в той же квартире касалась несущей полуарки над коридором, которую нельзя было трогать, и одновременно — вытяжки для сауны, которую было некуда спрятать. Решение оказалось симметричным: «Я предложила построить вторую полуарку, направленную в противоположную сторону, в нее мы спрятали вентиляцию».

Формально — чисто декоративный жест: одна арка ради симметрии со второй. По факту — единственный способ спрятать вытяжку так, чтобы это не выглядело как заплатка.

Сначала функция, потом красота

По словам Гуриной, первый шаг в работе с любым помещением — не эстетический, а прагматический, телесный: прежде чем что-то придумывать, в квартире нужно просто побыть.

«Для нужно как-то почувствовать помещение — просто побродить, понять его, посмотреть в окна. Это немаловажная история: что мы видим в окнах. Либо мы это подчёркиваем, если вид хороший, либо прячемся внутри, как в шкатулочке».

Дальше — распределение, а не стиль: «Дизайн начинается с функции — с расстановки, с того, что нам нужно в каком помещении. Если есть несущие стены, из которых никуда не деться, — думаем, как с ними работать. Если пространство свободное — смотрим, что нужно: санузлы, гостиная, комната для кого-то».

И только после этого — эстетика, привязанная к тому, что в интерьере придётся жить, а не позировать для гостей: «Не надо пытаться сделать красивый интерьер по принципу „придут гости и порадуются, как у меня круто“. Гости придут и уйдут, а интерьер останется с вами».

Люди редко знают, чего хотят. Зато знают, чего не хотят

Просить клиента показать референсы, признаётся Гурина, — приём с ограниченной пользой: «Я всегда просила: „кидайте картинки, что вам нравится“. Но люди не всегда понимают, что им нравится. Тогда мы переходим к тому, что не нравится, — а вот это люди действительно хорошо знают».

Здесь, по её словам, начинается работа не столько дизайнера, сколько психолога: «Хорошие дизайнеры — они немножко психологи. Нужно построить беседу так, чтобы понять, чего человек хочет, — немножко „побомбить“ его картинками».

Показательный казус с терминологией: «Однажды меня попросили сделать хайтек с элементами модерна. Я, как человек классический, — для меня модерн это начало XX века, ар-нуво, арт-деко. Я зависла: как увязать это с хайтеком? Потом поняла, что человек имел в виду вовсе не модерн в моём понимании, а просто некий современный стиль».

На прямое пожелание «сделайте на свой вкус» у неё был встречный вопрос: «Вы уверены, что сможете жить в помещении с чёрным потолком и чёрными стенами? Сейчас мне нравится такое». Задача, по её словам, — постепенно вытянуть из человека информацию и на этой основе строить дизайн, соблюдая правила эргономики.

Декоратор, дизайнер, архитектор — разная степень вмешательства

Гурина различает три профессии, которые со стороны выглядят как одна. Дизайн ради дизайна она называет болезнью эфирных передач про ремонт — красиво, но нежизнеспособно: «В любом творческом процессе всё равно существуют правила: для кухни, для комнаты, для движения по квартире — их нужно соблюдать».

Себя она относит к более мягкому типу, чем архитектор: «Я классический дизайнер интерьера — специалист универсальный. Иногда хотелось, работая над квартирами, не просто задекорировать помещение, а чуть-чуть подкорректировать его форму — сгладить сложные моменты».

Интерьер как рассказанная история

Отдельный метод Гуриной — строить пространство вокруг личного сюжета клиента, а не вокруг стилевого канона: «Мы выясняем, что человек любит — например, путешествия, лес, море. И предлагаем без жёсткой привязки к стилю: коридор становится дорогой к морю, голубая спальня — морским завершением этого пути».

Работает это не буквально, а через ассоциации: «Это не значит, что мы будем насыпать песок в спальне и ставить деревья в кабинете. Это визуальные зацепки: для спальни — голубые обои, песочные шторы, где-то пол из бамбука».

Три правила из издательской вёрстки

Из практических советов для тех, кто делает интерьер сам, Гурина выделяет три правила — все родом, по её словам, из редакторской работы над вёрсткой.

«Есть хорошее правило, оно у меня ещё с работы в издательстве: никогда на одной странице не используйте больше трёх шрифтов. В интерьере то же самое: выберите три цвета, которые вам близки, и играйте на их нюансах — можно добавить один акцентный».

Второе — про фактуру: «Чередование матовых и глянцевых поверхностей. Не делайте всё блестящим, не делайте всё матовым — они должны чередоваться».

Третье — про высоту поверхностей: «Стена — высокая, подоконник — низкая, стоящий шкаф рядом — высокий, низкая кушетка — тоже должны чередоваться».

Отдельно она советует скруглять углы там, где это не крадёт пространство: «Человек в принципе стремится к кругу — мы физически не прямоугольные существа. Со смягчёнными углами, с нишами и подсветкой помещение получается более обволакивающим».

Вид из окна и отказ от верхнего света

Гурина формулирует практическое правило работы с окном: если вид красивый — у окна стоит сделать место, чтобы сидеть и смотреть; если вида нет — работают плотные шторы. «Что-то лёгкое туда повесить, органзу, удобный подоконник, чтобы на нем сидеть, если вид действительно красивый. А если вид на стену — тогда уже плотные шторы, которые создают свою историю».

Про освещение она говорит на основе личного опыта: «Я, как ни странно, пришла к тому, чтобы отказаться от верхнего света — использую точечные светильники вместо того, чтобы включать верхний свет. У меня висит люстра, но я ей не пользуюсь. Стоит торшер, где-то настольная лампа — включаю по необходимости, и это действительно работает».

Что можем себе позволить — и что нам нравится

Разговор завершается практическим советом для тех, кто выбирает мебель под влиянием моды: «Что нужно, что можем себе позволить, а дальше — что нравится. Мода, как и гости, приходит и уходит, а мы-то остаёмся».

Так, тренды на цвет дверей меняются волнами — от рыжего к чёрному и обратно; к моде на серый дуб, которая сейчас на пике, она относится с тем же спокойствием: это исторический период, который тоже пройдёт. А разницу между Петербургом, Москвой и провинцией она в итоге сводит к одному наблюдению: в столицах интерьер работает на функцию и экспертизу, в провинции — на семью и приземлённую простоту, «всё как у людей», без переусложнений.

Сам себе дизайнер: советы Евгении Гуриной

• Сначала функция, потом стиль
• Спрашивайте себя не «что нравится», а «что точно не нравится»
• Не больше трёх цветов в интерьере — плюс один акцентный
• Чередуйте матовые и глянцевые поверхности
• Чередуйте высокие и низкие предметы
• Скругляйте углы там где это не крадёт пространство
• Место у окна — в зависимости от: красивый вид — лёгкие шторы и место для наблюдателя, неудачный  — прячем за плотные шторы
• Попробуйте отказаться от верхнего света в пользу торшеров и настольных ламп
• Сначала бюджет и ваши предпочтения, мода — в последнюю очередь

Читайте также: Хорошая архитектура там, где мы чувствуем себя людьми