По количеству небоскрёбов лидируют Гонконг, Шанхай, Нью-Йорк и Дубай. Москва пока далеко позади, но постепенно движется в их сторону: раньше высотное строительство концентрировалось в «Москва-Сити», сейчас башни встречаются и в удалении от делового центра.
Формально это укладывается в логику городского уплотнения — если по соседству уже стоят советские высотки, новый дом может быть выше типовой застройки района. Исключение — территории с историческим статусом, где такое строительство ограничено.
Три причины смотреть вверх
«У такого выбора несколько причин: статусность, эстетика и уединение», — объясняет София Кальницкая, директор по бренду, продукту и коммуникациям девелопера Dar. Высотные башни позволяют оградиться от стресс-факторов, которые есть внизу, на уровне города, например, от промышленных зон. При грамотном планировании высотных кварталов дома не строятся окна в окна, тогда открывается вид не на соседей, а на горизонт.
По словам эксперта, также важен психологический аспект: люди хотят получить интересную панораму, потому что созерцание горизонта наталкивает на мысли о будущем и о планировании. Однако естественный страх высоты не появляется: в квартирах с панорамными окнами человек не подходит к ним вплотную и не смотрит вниз, он смотрит прямо на горизонт. При этом ощущения схожи с видом на линию моря — физически не ощущается пропасть под ногами.
Лифты решают
«Для проекта Solos мы специально засекали время: добираться на лифте на 5-й этаж в старом доме или на 20-й в новом занимает примерно одинаковое количество времени», — рассказывает Кальницкая. По её словам, именно скорость лифта, а не этажность сама по себе определяет, станет ли для жителя прогулка событием, которое приходится специально планировать.
Отдельная перемена в привычках — жители высоток чаще смотрят в окно и стали чаще снимать закаты: вид на город и природу с высоты, по словам Кальницкой, работает как источник спокойствия и помогает справляться со стрессом мегаполиса.
Тишина: здесь физика на стороне девелопера
С акустикой всё нагляднее: снижение уровня уличного шума с высотой — обычное физическое явление.
Девелопер сообщил, что в башне Solos окна верхних этажей выходят на парк «Сокольники», а не на проезжую часть, поэтому фоновый шум города там практически не слышен, но на большой высоте появляется свой звук: гул ветра и вентиляции.
Общественные пространства против синдрома изоляции
Долгое время высотки строили ради самой высоты: конкурировали в этажности, а инженерные и транспортные вопросы решали куда внимательнее, чем дворы и лобби. Логика была понятна — чем выше дом, тем сложнее и дороже инженерия, и на общественные пространства просто не оставалось ни бюджета, ни внимания.
Разворот в другую сторону произошёл не из эстетических соображений, а из-за простой математики: в доме на 40+ этажей резидентов физически больше, чем в девятиэтажке, — а значит, больше и почтовых ящиков, колясок, велосипедов, посылок с доставкой. Всему этому нужно физическое место, и если его не спланировать заранее, оно окажется в лифтовых холлах и на лестничных клетках. В Solos эту задачу решили увеличенным лобби — по словам Кальницкой, оно заметно больше, чем в малоэтажных проектах, и это прямой компромисс: место под лобби отняли у коммерческих помещений, которые могли бы приносить девелоперу арендный доход.
С озеленением логика похожая, но добавляется ещё один фактор — так называемый «синдром изоляции», характерный именно для высотного жилья: чем больше в доме соседей, тем легче никогда с ними не пересечься и тем острее ощущение анонимности. Один двор во дворе многоэтажки эту проблему не решает, если он устроен как проходной газон, а не как место, где хочется задержаться. В Solos на территории почти 7 тыс. кв. м спланирован линейный лесопарк из хвойных и лиственных деревьев, кустарников и цветников, а также камерная площадь с фонтаном и невысокие, в два этажа, павильоны с ресторанами.
Здесь работает архитектурный принцип human scale («человеческий масштаб» или «масштаб, соразмерный человеку»): жилая среда спроектирована так, чтобы её физические пропорции — высота построек, ширина проходов, масштаб деталей — были соразмерны человеку, а не башне за спиной.
На практике это значит, что рядом с 40-этажным домом человек оказывается не на продуваемой ветром площади между стеклянными стенами, а в невысоком дворе с деревьями и павильонами в два этажа — масштаб, который глаз и тело считывают как безопасный и обжитой, а не как промежуток между зданиями.
Инженерия для жизни на высоте
Список технических решений, которые отличают высотное жильё от обычного: скоростные лифты, разделение коридоров ради приватности, кладовые на этаже (чтобы не спускаться в паркинг за вещами), система контроля доступа с привязкой лифта к этажу резидента, зонирование труб для равномерного напора воды на разных этажах, откидные фрамуги вместо распашных окон и панорамное остекление — оно не только формирует облик здания, но и физически легче тяжёлых фасадных материалов на такой высоте.
Что в итоге
Жизнь на высоте — по сути, комплексный продукт: скорость лифта определяет, останутся ли прогулки частью повседневности, зонирование инженерных систем — будет ли одинаковый напор воды на пятом и на сороковом этаже, а планировка лобби и дворов — не превратится ли высотный дом в набор изолированных друг от друга квартир. Для покупателя это значит, что смотреть стоит не только на вид из окна, но и на то, как устроена начинка дома — от лифтов до кладовых.
Иллюстрация: ЖК Solos
Продажа, аренда, коммерческая недвижимость
Самые горячие новости читайте на Реал Эстейт.ru
Подписывайтесь на наш канал
