"Рекомендую полную правовую зачистку"

Четыре года назад Москва стала первым в России федеральным субъектом, создавшим официальную структуру по противостоянию недружественным захватам бизнес активов. Со временем сенсационный тон новостей о переделе собственности постепенно превратился в аналитические размышления о причинах и следствиях зачастую вредного для экономики города явления. И если в Москве пик недружественных поглощений стал уже историей, то в Иваново, Рязани, Ярославле, Калуге, Санкт-Петербурге столичный опыт отражения рейдерских атак интересен именно сейчас. О том, какие новые формы приобретает агрессия рейдеров и победимо ли это явление в принципе портал RealEsatae.ru беседует с начальником управления по экономической безопасности Москвы Александром Корсаком.

Александр Борисович, существует мнение, что рейдеры выполняют функцию «санитаров», расчищая место для более эффективного собственника путем нейтрализации тех, кто просто не способен управлять своей собственностью. Что Вы на это скажете?

Процесс слияний и поглощений, процесс смены собственника, вообще говоря, объективный и не уникальный для России. Весь вопрос, в том происходит ли он в рамках закона, не противоречит ли социально-экономическому развитию города. Опасность представляет неконтролируемое закрытие или перепрофилирование предприятий, ведущее к разрушению реального сектора экономики. И если этот процесс не регулировать, он приведет к потере рабочих мест, прекращению производства товаров широкого спроса, сокращению налогооблагаемой базы. Не случайно в Москве самый низкий процент безработицы, а налоги, как известно, это гарант формирования бюджета, более 4О% которого идет на социальные нужды. Политика города заключается в том, чтобы предприятия сохранять, но перебазировать, для чего или строить новые или использовать пустующие производственные помещения. Центр города действительно не должен быть насыщен промышленностью и с точки зрения эффективного использования земли, и с точки зрения экологии.

Город заинтересован в том, чтобы когда на смену одному собственнику промышленного объекта приходил бы более эффективный, располагающий средствами, которые он инвестирует в развитие с учетом интересов как города, так и прежнего владельца.

А питательной почвой для рейдерства является, в том числе, наличие предприятий определенной модели – с неэффективным ведением бизнеса, заниженной стоимостью основных активов, низкой корпоративной культурой,  отсутствием дивидендной политики.   

Захваты собственности в России стали обычным делом. Если не рассуждать о человеческой алчности, то в чем Вы видите исторические корни этого явления?

В настоящее время происходит как бы третий этап передела собственности: первым стала приватизация, вторым чековые аукционы, затем пришел черед передела собственности через механизм банкротства. Принятый в конце 2002 года новый закон «О несостоятельности (банкротстве)» резко усложнил его использование в качестве инструмента передела собственности. Но рынок очень быстро среагировал на это, и резко увеличилось количество захватов через скупку акций компаний.

Когда управление только начинало заниматься этой проблемой в 2002 году, в Москве было выявлено более ста рейдерских структур, сейчас конечно их гораздо меньше. По нашим оценкам,  их осталось порядка 30.

Можно выделить четыре основных причины в период массового захвата предприятий. Первая - это то, что абсолютное большинство предприятий акционировалось по принципу распределения акций среди трудового коллектива. Вроде бы, справедливый принцип распределения привел к тому, что реального собственника, на таких предприятиях просто не было. Дивиденды на таких предприятиях, как правило, не выплачивались, акционеры владели небольшими пакетами, продать которые на рынке они не могли. Поэтому, когда владельцам акций предлагали деньги за, по сути, бесполезные для них бумаги, то акции продавали, не оценивая последствий для предприятия.

Вторая причина: сверхприбыльность этого вида бизнеса. Опираясь на конкрентные примеры, скажу, что такой бизнес приносил до 500%, а  в случае силового захвата до 1000% прибыли. Третья причина: серьезные пробелы в законодательстве. Четвертая причина, состоит в том,  что  еще далеко  не все собственники осознали, что, имея зачастую колоссальную собственность, необходимо выстраивать серьезную систему защиты своего бизнеса, своей собственности.

А какие объекты сейчас «модно» разрабатывать с целью захвата?

Если посмотреть статистику, а нашим управлением за время работы было рассмотрено более 520 корпоративных конфликтов, то на первом месте идут предприятия торговли и сферы услуг, затем промышленные предприятия, на следующем месте - научно-исследовательские организации, захваты которых вызывают особое беспокойство. Ведь многие НИИ, в том числе и относимые ранее к НИИ союзного значения. В них сконцентрированы архивы, уникальные документы, кадровый потенциал. При захвате объекта ущерб может быть невосполним. Но не все так однозначно. Когда мы анализировали работу некоторых НИИ, то оказалось, что там порой всего 10% площадей используется для нужд науки, а все остальные сданы в аренду, в том числе и в «черную» аренду.

Александр Борисович, расскажите, пожалуйста, как на деле происходит силовой захват?

Силовые захваты, названные мэром Москвы экономическим терроризмом,  основаны на  мошеннических действиях, коррупции и пробелах в законодательстве.

Используемый захватчиками механизм несложен. Изготавливаются фальшивые документы, которые предоставляются в налоговую инспекцию, или в регистрирующие органы. По закону никто не обязан проверять подлинность представляемых документов. Затем, получив уже легитимные государственные документы, захватчики приходят на предприятие, при силовой поддержке штурмуют его, берут под контроль площади, потом несколько раз перепродают собственность. Отбить захваченное таким образом предприятие даже через суд очень сложно.

Такого рода силовые захваты были характерны для 2004 года. Тогда, к августу 2004 года, в наше управление поступило 35 обращений о таких захватах. Анализ причин силовых захватов показал, что они стали возможны, прежде всего, потому, что преступники были очень хорошо организованы, имели отработанные механизмы нападения и, если так можно сказать, высокую квалификацию. Захват проходил по принципу «блицкрига»: тщательная подготовка и внезапное нападение.

Кроме того, отсутствовала эффективная система защиты. По существу, жертва захватчиков оставалась один на один с "хищником". Все инстанции, в которые обращались потерпевшие - органы внутренних дел, прокуратура, органы исполнительной власти, СМИ - действовали разрознено.  

В тот период сыграло свою роль и отсутствие должной реакции правоохранительных органов, которые не вмешивались в такие ситуации. Бездействие мотивировалось тем, что органам недопустимо вмешиваться в «споры хозяйствующих субъектов» или «корпоративные конфликты».

И как вам удалось переломить ситуацию в Москве и как бы вы ее охарактеризовали сейчас?

В сентябре 2004 г. была создана Временная межведомственная рабочая группа по предупреждению и пресечению силовых захватов. В нее вошли руководители Московской городской Думы, всех силовых структур, налоговых и регистрационных органов, общественных организаций и бизнеса. Координировать работу группы было поручено нашему управлению. 
В результате совместных действий удалось остановить это опаснейшее явление, о чем говорит наша статистика: в 2005 г. было пять случаев силовых захватов, в 2006 - один.

По материалам, направленным нашим управлением в правоохранительные органы по выявленным фактам силовых захватов и недружественных поглощений предприятий было возбуждено 47 уголовных дел (в основном по статьям УК 159 (мошенничество) и 330 (самоуправство)). Правда, пока только два из них прошли через суд. Осуждены захватчики ОАО «НИИ Зенит» и ОАО «Завод «Фили – кровля».

Нами выработан механизм упреждения силовых захватов. Суть, которого заключается в следующем: как только в управление поступает информация, содержащая признаки готовящегося силового захвата, то она сразу  направляется в Прокуратуру города и в ГУВД Москвы для принятия мер. Одновременно об этом сообщается  в регистрационные и  налоговые органы, Главному судебному приставу и в Арбитражный суд Москвы: есть опасность совершения мошеннических действий в отношении того или иного предприятия, находящегося по тому или иному конкретному адресу. И если будут какие-либо обращения, то представленные документы должны проверяться на истинность. В 2005 – 2006 годах нашим управлением в силовые органы Москвы было направлено 26 таких материалов. Возбуждено 11 уголовных дел.

Отмечу,  что найден и механизм возврата захваченного предприятия. В качестве примера можно привести возврат прежнему собственнику здания ОАО «Гипромез». В рамках возбужденного по факту захвата уголовного дела здание было признано вещественным доказательством и передано под контроль прежних владельцев. В ближайшее время еще два захваченных объекта будут возвращены прежним собственникам, через аналогичную процедуру. А всего за два года было возвращено 10 предприятий.

Одним из эффективных методов борьбы с силовыми, криминальными захватами является формирование соответствующего общественного мнения. Я считаю, что СМИ сыграли очень важную роль в формировании правильной оценки этого опаснейшего явления. Сейчас представители бизнеса, в том числе инвесторы, стали по-другому относиться к объектам с проблемной историей и стали обходить их стороной. То есть в Москве удалось сделать этот процесс экономически невыгодным.

Что еще необходимо сделать, чтобы покончить с этим явлением?

Захваты предприятий - это общероссийское явление. Сейчас необходимо ускорить принятие поправок в действующее законодательство. Здесь пока процесс идет очень вяло – почти два года в Госдуме находятся  внесенные Москвой поправки в федеральное корпоративное законодательство.

Используют ли рейдеры какие-то новые приемы в своей деятельности?

Известно, что приватизация в нашей стране шла форсировано, и зачастую в приватизационных делах допускались различные нарушения.  У нас есть факты, когда рейдеры отыскивали  такие нарушения, а затем использовали их для давления на собственников. Мол, приватизация предприятия прошла незаконно, продайте нам его, и мы решим все проблемы, а иначе можете потерять все.

В Москве возник новый вид рейдерства, так называемый конкурсный. Что он собой представляет, с чем связано возникновение новой рейдерской специализации? 

С 1 января вступил в силу федеральный закон о размещении государственных заказов (ФЗ №94), который установил единый порядок расходования бюджетных средств. Закон предусматривает создание в каждом субъекте федерации двух органов: уполномоченного (в Москве это Тендерный комитет)  и контролирующего. Последняя функция возложена на наше управление. В рамках выполнения этой задачи Управление рассматривает жалобы и заявления участников конкурсов. Недавно Комитет по туризму проводил конкурс, на составление справочника по туризму. Стартовая цена – 9,6 млн. рублей. Всего было три участника. Два дали снижение цены на 5-10%, а третий – на 30%. Понятно, что он попытался снизить затраты за счет качества исполнения, что неприемлемо для госзаказа, либо вообще вряд ли исполнит свои договорные обязательства. Ведь на полиграфию есть объективные рыночные цены. Мы посмотрели эту структуру. Оказалось, что она зарегистрирована в Иркутске несколько месяцев назад. Конкурсная комиссия приняла решение отдать заказ одному из московских участников. Тогда участник, выдвинувший более выгодные финансовые условия, подал жалобу. А правило такое, что пока жалоба рассматривается, победитель не имеет права заключать контракт с городом. И тут победитель получает звонок, с предложением выплатить денежное вознаграждение за отзыв жалобы "обиженной" стороной. Это настощий экономический шантаж.

Такие шантажисты, кстати говоря, могут и не участвовать в конкурсе. Они изучают конкурсную документацию, находят нарушения в процедуре проведения конкурсов. Ведь сегодня вся информация есть в открытом доступе на сайте Тендерного комитета.

Раньше, до выхода федерального закона, в Москве была обязательна предквалификация участников, то есть от  участника требовалась справка из налоговой об отсутствии задолжностей, другие документы, дающие представление, с кем мы имеем дело. А федеральный закон это отменил. Заполняешь конкурсную документацию и все. Одним из следствий может стать новый вид мошенничества. Победитель конкурса, после того как ему выплатят 30-процентный аванс для исполнения заказа, может скрыться.

Одной из мер противодействия этому будет создаваемый в Москве реестр деловой репутации партнеров правительства Москвы, где накапливается документально  подтвержденная объективная информация об участниках хозяйственной деятельности. Данные реестра позволят, в том числе, информировать конкурсную комиссию о наличии негативных фактов в деловой репутации участников размещения городского заказа.

Считаете ли вы, что рейдерство в принципе как явление искоренимо?

Когда начались захваты, в 2003 году были проведены встречи с руководителями ряда крупнейших компаний, действующих на рынке слияний и поглощений,  и им был задан один и тот же вопрос: связывают ли они свое будущее с Россией, с Московским регионом, или просто хотят любыми способами заработать и уехать за рубеж. Если вы хотите покинуть страну, то тогда ваша деятельность, на мой взгляд, объяснима. Но, если вы хотите остаться, и дальше заниматься бизнесом, необходимо подумать о своем имидже.  Ведь город это единый организм, где все взаимосвязано и занимаясь поглощениями предприятий, нельзя учитывать только экономическую составляющую, забывая о социальной. 

В результате многие из этих компаний взяли на себя обязательства не использовать серых и черных технологий, действовать только в правовом поле и  не вступать в противоречие с социально-экономическим развитием города.
Я убежден, что мы двигаемся к цивилизованному рынку,  и деловая репутация будет иметь все большее значение.
 Мы считаем, что в Москве удалось остановить рейдерство, но опасно то, что все стало перемещаться в регионы. Нам сейчас поступают звонки из ряда региональных центров. По моему мнению, необходимо объединять и консолидировать усилия. Это общероссийская задача. Сейчас есть идея создать в Центральном федеральном округе координационный совет для противодействия и предупреждения этого опасного явления.

Что бы Вы порекомендовали владельцам предприятий для упреждения недружественных поглощений?

Мы рекомендуем провести полную правовую зачистку приватизационного дела. Необходим правовой аудит, чтобы предприятие было в этом плане неуязвимо. Но главное, на наш взгляд, это своевременно распознать признаки подготовки силового захвата (звонки акционерам, сбор информации о предприятии, поступающие к руководству предложения о встрече, различные внеплановые проверки и т.д.).
Собственник должен оценить ситуацию, может ли его предприятие представлять интерес для захватчиков, может ли оно стать мишенью для рейдеров (с учетом площади земельного участка и производственных площадей, месторасположения и т.п.).С учетом этого незамедлительно обращаться непосредственно в управление экономической безопасности (ул.Новый Арбат, д.15, ком.1218) или по телефонам горячей линии 234-04-00 и 631-11-77.

Беседовала Любовь ОРЛОВА