Один памятник у собственника мы уже изъяли, но это не предел

Известно, что отношение к памятникам в Москве не самое лояльное. Часто под видом реставрации, ремонта или вообще без каких-либо объяснений объект культурного наследия сносится или полностью теряет свои ценные интерьеры или фасадные решения, обеспечивая своему новому хозяину только квадратные метры бесценных московских площадей. В большинстве случаев это остается либо безнаказанным, либо владельцу предъявляют такой размер штрафа, которым он легко может откупиться. Недавно московский Комитет по наследию решил изменить такой ход событий, введя политику "кнута и пряника". С одной стороны, комитет предлагает на общероссийском уровне ужесточить наказание за нанесение вреда памятнику, а с другой - предоставить большие привелегии тем, кто, наоборот, вкладывает свои деньги в их содержание и реставрацию. В интервью RealEstate.ru начальник отдела правовой экспертизы Москомнаследия Борис Гавриленко и заместитель начальника юридического управления Москомнаследия Анна Титова рассказали, какие изменения комитет собирается внести в УК РФ, какую крайнюю меру он готов применять в отношении злостных вредителей памятников и кто вообще виноват в их разрушении.

Ваш комитет планирует внести законопроект, предоставляющий привилегии собственникам памятников. Расскажите, что это за привилегии. Какие льготы существуют сейчас?

Б. Гавриленко:

В 2002 году был принят закон, предусматривающий право на льготу для собственников объектов культурного наследия, вложивших свои средства в ремонтно-реставрационные работы. В соответствии с ней физические и юридические лица, являющиеся собственниками памятников федерального значения, либо пользующиеся ими на основе договора безвозмездного пользования, имеют право на компенсацию этих расходов. При этом размер компенсации должен определяться в соответствии с федеральным законом о федеральном бюджете на соответствующий год и входить в федеральную целевую программу «Сохранение и развитие архитектуры исторических городов». Однако, к сожалению, такие нормы в федеральных законах о федеральном бюджете в предыдущие годы отсутствовали, что привело к тому, что данные нормы сейчас не работают.

В связи с этим Москомнаследие считает, что необходимо закрепить четкий ясный порядок предоставления льгот лицам, которые на свои средства произвели ремонтно-реставрационные работы памятников, в том числе за счет снижения для них налогового бремени. Причем, учитывая, что объекты культурного наследия подразделяются на федеральные, региональные, муниципальные, а также выявленные объекты культурного наследия – и все они представляют уникальную ценность для народа России, – мы полагаем, что такие льготы должны предоставляться не только собственникам/пользователям объектов федерального значения, но собственникам/пользователям всех других категорий памятников.

В частности, нашим законопроектом предусмотрено, что налогоплательщик, физическое лицо, будет иметь право на получение социального налогового вычета в сумме, затраченной на ведение ремонтно-реставрационных работ. Таким образом, данные деньги будут возвращены собственнику/пользователю через механизм налогового регулирования. В отношении юридических лиц должно быть снижено общее налоговое бремя по налогу на прибыль. Таким образом, физлица будут иметь льготы по налогу на доходы и по НДФЛ, а юрлица – по налогу на прибыль. Также необходимо отметить, что в настоящее время, когда общая ставка НДС составляет 10% или 18%, ставка НДС на проведение ремонтно-реставрационных работ составляет 0%.

Расскажите, как в таком случае будет осуществляться проверка качества ремонтно-реставрационных работ, на основании которых собственнику/пользователю может быть предоставлена льготы.

Б. Гавриленко:

Это очень важный вопрос. Действительно, данным законопроектом мы не должны создать «дыру» для ухода от налогов. То есть все ремонтно-реставрационные работы, которые будут проводиться собственником/пользователем памятника однозначно должны быть обоснованы, проводиться в полном соответствии с федеральным законодательством, то есть организация должна получить задание на проведение тех или иных работ, с Москомнаследием должна быть согласована проектная документация, и, самое главное, должно быть получено разрешение на производство этих работ. После чего все проведенные работы будут приняты и, если они будут сделаны в соответствующих материалах, объемах, цветовых решениях и т.д., они будут учтены. Если же, наоборот, собственники или пользователи отойдут от данных ими изначально обещаний, то никаких компенсаций им предоставлено не будет. Такая же ситуация произойдет, если здание находится в нормальном состоянии, а кто-то решил под видом проведения ремонтных работ получить льготу. Такой фокус тоже не пройдет. Соответственно, законопроект должен будет препятствовать возникновению таких налоговых лазеек. 

Что касается проверочных комиссий, то порядок проведения ремонтно-реставрационных работ существует еще со времен Советского Союза. В настоящее время он прописан в ФЗ 2002 года «Об объектах культурного наследия» и в данном случае порядок проверки будет одинаковым, не важно, будут ли работы являться основанием для снижения налогов или нет. Итогом выполнения проверочных работ будет являться «акт приемки работ», на основании которого лица смогут возмещать свои затраченные средства.

А если вместе со всеми правильно проведенными ремонтно-реставрационными работами собственник/пользователь одновременно увеличил площадь памятника, получит ли он в таком случае компенсацию, или наоборот? 

Б. Гавриленко:

Такого не должно возникнуть в принципе, поскольку подобный проект не должен быть согласован, в виду того, что перестройка памятников истории и культуры не допускается и его эксплуатация возможна только при соблюдении неизменности его облика и интерьеров. Так что сама по себе такая ситуация невозможна. 

Какие конкретно льготы будут предоставляться? Есть ли конкретные цифры?

Б. Гавриленко:

Сумма льгот будет зависеть от суммы затрат. Но на данный момент об этом сейчас рано говорить, поскольку законопроект будет еще проходить согласование различными органами власти города Москвы, затем органами власти других субъектов Российской Федерации и затем Государственной Думой. К тому же закон будет согласовываться с общественностью. В частности, на рассмотрение законопроекта Мосгордумой мы планируем выйти в первом полугодии 2009 года.

Помимо льгот Ваш комитет планирует внести поправки и в Уголовный кодекс РФ, ужесточающие ответственность граждан за сохранность памятников культурного наследия. Расскажите подробнее об этом законопроекте. Какой Вы предлагаете ввести нижний и верхний пороги штрафа?

На сегодняшний день в Уголовном кодексе РФ уже предусмотрена ответственность за повреждение или уничтожение памятников истории и культуры – статья 243 «Уничтожение или повреждение памятников истории и культуры». В качестве наказания она предусматривает либо штраф в размере до 200 тыс. руб. или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период 18 месяцев, либо реальное лишение свободы на срок до двух лет. Более жесткое наказание предусмотрено за совершение неправомерных действий в отношении особо ценных объектов или памятников общероссийского значения. В этом случае размер штрафа составляет уже от 100 тыс. до 500 тыс. руб., а срок лишения свободы – до пяти лет.

Что Вы предлагаете изменить?

Поскольку наказание в виде штрафа до 200 тыс. руб. может являться наказанием и в 5 тыс. руб. и в 1 тыс. руб., Москомнаследие предлагает внести изменения в данную статью УК, предусматривающие введение нижнего порога штрафа, а также поднятие верхнего порога штрафа.

При этом наказание должно быть дифференцировано, поскольку существуют совершенно противоположные ситуации. Например, люди, живущие в собственной квартире, которая находится в здании-памятнике, решили сделать перепланировку или застеклить балкон, что тоже, кстати, является нарушением закона, о чем многие не знают. В этой ситуации лишение свободы, конечно, перегиб, который допускать нельзя.

При этом мы понимаем, что одним ужесточением санкций реальных результатов по сохранению памятников нам не добиться. Какая разница, какие сроки будут значиться в статье, если данная статья не будет работать? Поэтому проблемой является не только недостаточность мер, но и неэффективная работа правоохранительных органов. Ради иллюстрации скажу одно: с похожим законопроектом, направленным на ужесточение ответственности в отношении памятников, выступал один из регионов, однако Правительство РФ дало по нему отрицательное заключение, поскольку по вопросу отсутствует статистика. А почему она отсутствует? Потому что неэффективно работают правоохранительные органы. К примеру, мы имеем значительное число обращений в милицию по таким нарушениям, но, к сожалению, уголовных дел, дошедших до суда по 243 статье УК, в настоящее время нет.

В каком случае может возникнуть та или иная ответственность?

А. Титова:

Любые отклонения от проекта реставрации или ненадлежащая эксплуатация памятника влекут за собой предусмотренную законом ответственность. Административная ответственность предусматривает применение штрафных санкций (до 1 млн руб.). Если собственником были допущены серьезные нарушения, то они влекут за собой уголовную ответственность. Также законодательством предусмотрена гражданская ответственность, которая влечет прекращение права собственности в связи с принудительным  изъятием памятника у собственника  в судебном порядке в случае бесхозяйного содержания памятника и причинения ему ущерба.

Применялась ли подобная мера на практике?

А. Титова:

Несмотря на то что это крайняя мера, она нами уже была применена: один объект у собственника изъят. Это главный дом усадьбы В.Ф.Колесникова-Саргиных – М.Е.Шапатиной, конца XVIII -начала ХХ веков, памятник регионального значения, расположенный по адресу Таганская площадь, 88, стр.1. Суд принял решение об изъятии, поскольку собственник, физическое лицо, провел его незаконную реконструкцию, сделал надстройку и изменил его облик до неузнаваемости, так что, в принципе, от памятника мало что осталось. Нашими специалистами было сделано заключение о том, что памятнику действительно причинен ущерб. Кроме того, по данному факту также возбуждено уголовное дело. Сейчас Москомнаследие оценивает ущерб, который был причинен памятнику, в результате чего собственнику будет выплачена стоимость объекта за  вычетом тех средств, которые потребуется для восстановления памятника. При этом речь здесь идет о достаточно существенных затратах, поскольку все придется не просто ломать, а аккуратно, щепетильно убирать и восстанавливать, чтобы не допустить разрушения здания.

Б. Гавриленко:

Это, надо сказать, крайняя ситуация, которая к тому же предусмотрена федеральным законодательством. Здесь нет никакой самодеятельности. Это норма, существующая уже шесть лет и, по-моему, впервые примененная у нас в Москве. О подобных случаях по России мы ничего не слышали.

Есть ли у Вас сейчас подобные претензии, с возможным подобным исходов к другим собственникам объектов культурного значения?

А. Титова:

Да, сейчас мы изымаем один выявленный объект культурного наследия у собственника также в судебном порядке, который с 2003 года не проводит его реставрацию. В результате длительного бездействия памятнику грозит полное разрушение.

А каковы у собственников памятников гарантии того, что их владения не будут переданы государству, городу, иным собственникам?

Б. Гавриленко:

Переданы памятники никому не будут: у нас в государстве нет национализации. Конституцией РФ и Гражданским кодексом РФ закреплено право собственности каждого на свое имущество. Потому все гарантии – это конституционные гарантии, на которых вообще стоит все наше законодательство. Единственным исключением, как мы говорили, является ситуация аналогичная той, что случилась с объектом на Таганской, 88, стр.1, когда памятнику был причинен значительный ущерб.

И все же хочется понять, по чьей причине происходит сегодня в Москве разрушение памятников?

А. Титова:

Происходит это из-за отсутствия правовой культуры и культуры в целом у наших людей. К примеру, сейчас мы разбираемся с одним собственником квартиры в объекте культурного наследия, который увеличил в ней оконные проемы и сделал отдельный вход. После проверки данного объекта Инспекция Москомнаследия  запретила проведение всех работ до получения необходимых разрешений, а собственник заявляет: «Да плевать я на вас хотел». И это несмотря на предусмотренную законом ответственность, в том числе и уголовную. При этом самое интересное, что иностранцы, приобретая объекты культурного наследия, сами просят заключить с ними охранные обязательства и очень трепетно к ним относятся.

Но согласитесь, что наша власть тоже далека от идеала в отношении к культурному и архитектурному наследию.

А. Титова:

Ну, власть мы обсуждать не можем, в силу того, что сами работаем в органе государственной власти.

Б. Гавриленко:

Более того, мы все силы прилагаем для предотвращения ситуаций, приводящих к разрушению памятников.

А. Титова:

Да и в каждом конкретном случае нужно смотреть индивидуально, поскольку не всегда информация преподносится так, как есть на самом деле.

Есть ли в Москве хоть один памятник, реставрированный со 100-процентным следованием правилам научной реставрации?

А. Титова:

Конечно. К примеру, один из последних примеров – усадьба Поливанова по адресу Денежный пер., 9/6 – один из самых известных памятников московского деревянного ампира. Памятник этот был восстановлен нашим арендатором после пожара, и сейчас на него просто загляденье смотреть. К тому же это дом деревянный, а его вообще очень трудно было реставрировать. Однако, после того как памятник был отреставрирован, начались имущественные споры между городом и Российской Федерацией, в результате чего памятник теперь – собственность РФ.

Какова сейчас ситуация с разделом памятников между Москвой и Федерацией? Сколько еще памятников находится в подвешенном состоянии?

А. Титова:

В подвешенном состоянии на данный момент находятся порядка 1700 объектов. На сегодняшний день Москва предложила передать Российской Федерации все культовые объекты, находящиеся в пользовании религиозных объединений, а также все памятники федерального значения, которые занимают федеральные органы и учреждения. Соответственно, все остальное Москва хочет оставить за собой, но в любом случае последнее слово за Правительством РФ.

Б. Гавриленко:

При этом Москва не просто хочет оставить данные памятники за собой, Москва способна их содержать: она имеет финансовые средства и, что крайне важно, имеет положительный опыт их реставрации.

А. Титова:

Более того, как показывает практика, все объекты, которые нами сдаются в аренду коммерческим организациям, в принципе, находятся в нормальном состоянии. А те, которые занимают федеральные учреждения, как правило, находятся в состоянии далеком от идеала.

Когда же произойдет окончательный раздел?

А. Титова:

Это больной вопрос. Уже год как этот процесс замер: наши предложения уже давно внесены, но, к сожалению, у нас не может определиться Росимущество, которое должно сформировать окончательные списки памятников и представить на рассмотрение Правительства Российской Федерации. Федеральные органы продолжают судиться, заявлять иски, оспаривать право собственности Москвы на отдельные объекты, но никакой целостности и системности в этом нет. Да к тому же сроки «раздела» законом не установлены, поэтому процесс так и тянется.  

Беседовала Ирина ФИЛЬЧЁНКОВА