Государство может сбить рост цен на жилье. Желания нет.

Колоссальный рост цен на недвижимость в Москве и невозможность для значительной части населения страны приобрести жилье в регионах привели к тому, что все чаще возникают разговоры о государственном регулировании цен. Идея госрегулирования приводит в негодование сторонников рыночных механизмов, а приверженцы более консервативного подхода указывают на рациональное зерно в этой идее. Применительно к жилью государство могло бы – теоретически – сбить стоимость квадратного метра, выделив из бюджета значительные средства на строительство и дешевые ипотечные кредиты. В своем крайнем выражении идея госрегулирования сводится к созданию государственной компании-монополиста, которая занималась бы распределением жилья. Об этих утопических теориях и своем взгляде на проблему доступного жилья порталу RealEstate.ru рассказывают научный руководитель Государственного Университета «Высшая Школа Экономики», доктор экономических наук, профессор Евгений Ясин и научный руководитель Института проблем глобализации, доктор экономических наук Михаил Делягин.

Е.ЯСИН Мировая тенденция роста цен на недвижимость - это неопровержимая реальность, против которой, как говорится, не попрешь. Противиться этой устойчивой международной тенденции и, более того,  пытаясь ее искусственно переломить, можно нанести ущерб развитию отрасли.

Но в этих условиях, говоря о роли государства в регулировании рынка, я считаю, вполне разумными были бы действия примерно следующего характера. Государство предлагает участникам рынка крупную сумму денег, ассигнования для выполнения, например, программы «Свой дом» (строительство индивидуальных домов). Но при условии, что стоимость жилья будет составлять $500 за 1 кв.м. Ипотека не сможет развиваться, если цена жилья будет намного больше. При этом компаниям-застройщикам предлагаются приличные льготные условия по кредитованию, которые могли бы заинтересовать пусть не самых богатых, пусть других участников рынка – есть ведь множество средних компаний. Эти компании потратят средства, допустим, на покупку стройматериалов.  Мотив у государства очевиден и насущный: увеличить предложение.

Если бы для развития рынка из госбюджета были бы выделены порядка 3 миллиардов долларов, для начала,  а  можно и больше, и если  бы государство сказало «Зарабатывайте. Это ваши деньги, если вы на конкурсах предложите лучшие условия», то думаю, что  в течение довольно короткого времени цены на недвижимость в России были бы сбиты.  Хотя я не думаю, что в Москве это удастся сделать легко, потому что программа «Свой дом» не для  Москвы, как вы понимаете. Это же должно быть дешевое жилье для строительства в пригородах региональных городов.

Если сегодня строительство жилья составляет порядка 40 млн. кв. м, а поставлена задача - увеличить строительство за счет финансирования из госбюджета на 50%  [согласно планам правительства РФ, в 2 раза к 2010г. – ред.],  а это вполне реальная задача, то на рынок можно повлиять. Проблема сложная, но не безнадежная.


М.ДЕЛЯГИН. Главная проблема проекта «Доступное жилье» заключается в том, что для 86% граждан России, доходов которых не хватает даже на покупку простой бытовой техники, доступное жилье может быть только бесплатным или почти бесплатным (как в Тибете, где государство оплачивает 70% стоимости дома, строящегося в сельской местности).

Госкомпания представляется разумным рычагом решения этой проблемы, но пока государство игнорирует даже ее наличие. Поэтому, вероятно, речь идет о попытках регулирования цен на рынке недвижимости при помощи своего рода «строительных интервенций». Это представляется избыточно сложным путем, так как надо, прежде всего, ограничивать возможности злоупотребления монопольным положением, а не создавать новые, уже государственные монополии.

Проект «Доступное жилье» провалился в отношении среднего класса именно потому, что он стимулировал ипотеку в условиях тотальной монополизации строительной отрасли – и в результате вместо расширения строительства способствовал росту цен, сделав жилье окончательно недоступным.

Государственно-частное партнерство – не панацея; более того, оно существует всегда, когда есть государство и бизнес, а его конкретная форма определяется интересами государства. В конце концов, и ваучерная приватизация, и разворовывание бюджета, закончившееся дефолтом, и неформальное огосударствление экономики в интересах контролируемого чиновниками бизнеса – это тоже формы государственно-частного партнерства.

Государству предстоит перестать служить зарубежным счетам своих представителей и переориентироваться на службу обществу, чтобы его партнерство с бизнесом начало не плодить все новых и новых олигархов, а решать насущные проблемы страны.

Беседовал Роберт ЭФФЕ